Вы здесь

    • You are here:
    • Главная > Отражение антисоциального поведения населения дореволюционной России (на материалах работы судебных следователей Ставропольского окружного суда)



Отражение антисоциального поведения населения дореволюционной России (на материалах работы судебных следователей Ставропольского окружного суда)

Водолазская Юлия Павловна аспирантка кафедры истории России Ставропольского государственного университета

Зачастую под антисоциальным поведением человека понимаются такие действия, которые наносят обществу прямой или косвенный ущерб. Оно может выражаться в различных формах. Так одним из проявлений такого поведения является преступность. Именно этот аспект антиобщественного поведения будет объектом нашего исследования.
Обычно преступность характеризуется как относительно самостоятельное, целостное, наиболее общественно опасное явление. Преступность, существуя в обществе, пронизывает различные его сферы, разные общественные отношения, в тоже время она порождается условиями общественной жизни. В этой связи, целью данной статьи является анализ состояния преступности (количество зафиксированных в тот или иной момент времени правонарушений, динамика и причины их вызывающие), на примере Ставрополья. Это позволит осмыслить  те социальные процессы, которые происходили в обществе, как на региональном, так и на общегосударственном уровнях.
Российская преступность довольно активно изучалась отечественными учеными  в дореволюционный период, но затем с 1930-х гг., как отмечает Б.Н. Миронов,  криминологические исследования стали сворачиваться, и данная проблема попала в черный список [1]. В советской историографии можно назвать, пожалуй, только одну монографию по истории российской преступности, в которой были проанализированы данные, собранные еще дореволюционными криминологами [2]. Неразработанность данной проблемы предопределила ее актуальность в современной исторической науке, и в настоящее время предпринимаются первые шаги в ее изучении.
Говоря о состоянии преступности на Ставрополье, необходимо, в первую очередь, остановиться на характеристики тех источников, на которые опирается данное исследование. В своем анализе мы используем материалы работы судебных следователей Ставропольского окружного суда. В этой связи, исследование ограничивается временем функционирования в губернии института судебных следователей и будет охватывать второю половину XIX - начало XX вв.
В первую очередь, показатели преступности можно почерпнуть  из ежегодных ведомостей судебных следователей окружного суда, которые поступали в Министерство юстиции из каждой губернии. В этих отчетах следователи отмечали число следствий, начатых ими в течение года, поэтому эти данные отражают число  зафиксированных преступлений.
В дальнейшем форма отчетных ведомостей усложнилась. В них стали включать  сведения о числе возникающих следствий по конкретным видам преступлений и проступков. Это позволило создать более полную картину состояния преступности.  Новизна новой формы отчетности состояла и в том, что следователи обязаны были до производства предварительного следствия посылать непосредственно в Министерство юстиции отдельную карточку о возникшем деле, независимо от того, задержан или нет преступник [3]. В результате этого в России с 1872 г. возник учет преступности, известной следствию и полиции.
Помимо всевозможных отчетов, косвенные данные о состоянии преступности, о причинах ее вызывающих, содержатся в документах делопроизводства, как судебных следователей, так и в целом окружного суда. Этот источник  интересен, прежде всего потому, что перед нами предстают оценки современников, через руки которых непосредственно проходили все зафиксированные преступления.
Если обобщить официальную статистику о количестве следствий, поступающих к следователям суда в течение года, получится следующая картина (см. табл. 1) [4]:
табл.1

Год 1870 г. 1877 г. 1891 г. 1906 г.
Кол-во начатых следствий 1162 2038 1612 3080

Приведенные данные свидетельствуют о резком росте преступности в губернии во второй половине XIX в. Так, например, за семь лет с 1870 по 1877 гг.  число зафиксированных преступлений возросло в 1,7 раза. Давая оценку роста преступности за десятилетие - с 1870 по 1880 гг., губернатор вынужден был признать, что 1 уголовное дело приходилось уже на 3759 душ, а 1 осужденный - на 2859. При этом уровень падения "нравственности населения" был настолько ощутим, что это вызывало беспокойство не только среди местного населения, но и у начальства губернии [5].
Такую динамику можно объяснить возросшей миграцией. Отмена крепостного права и окончание Кавказской войны способствовали тому, что в губернии увеличилось число пришлых и временных поселенцев. Так, например, общее собрание отделений Ставропольского окружного суда при проверке деятельности следователей города Ставрополя отмечало постоянное увеличение числа дел, нуждающихся в следствии. Причина этого объяснялась "значительным числом пребывающих в город испившихся и обленившихся для полезного труда мещан, отставных солдат, канцелярских и других, по вине своей не служащих, чиновников" что "не может не отзываться на правосудии" [6].
Несколько изменилась в лучшую сторону ситуация лишь к рубежу XIX-XX века. Так, по сравнению с 1898 г., когда общее число преступлений увеличилось на 30 процентов, а преступников - на 21 процент, в 1899 г. число преступлений уменьшилось на 7 процентов, а преступников - на 18 процентов. Губернатор в отчетах на имя императора Николая II объяснял это тем, что в отличие от 1898 г., когда губерния находилась в тяжелом экономическом кризисе после предшествовавшего ему неурожайного года, 1899 г. стал более удачным годом в связи с началом улучшения экономического состояния [7].
Следующий скачок преступности приходится на годы Первой российской революции. Так в 1906 г. судебными следователями было принято в 3 раза больше следственных дел, чем в 1890 г. Это объясняется тем, что на этот год пришелся пик крестьянского движения в губернии.  Жандармы г. Ставрополя доносили департаменту полиции: "Волнение охватило все уезды губернии, особенно Благодарненский, в котором разгромлены полиция, управление воинского начальника, освобождены из тюрьмы арестанты, полицейская стража частью обезаружена, частью бежала" [8].
Что же касается конкретных видов преступлений, то их показатели за пять лет выглядят следующим образом (см. табл. 2) [9]:
табл. 2

Год Поранения и побои Убийства Грабежи и разбои Изнасилования, Увоз женщин, противоест. пороки и подкидывание младенцев Фальш. деньги, контрабанда и сопротивление власти Поджоги
1871 1 11 26 - - 1
1872 - 10 71 5 - 3
1873 26 14 67 7 - 14
1874 26 16 52 3 - 13
1875 29 19 56 10 - 11
1876 53 8 76 3 1 21

Если взглянуть на  приведенные сведения, то характерными  преступлениями, совершаемые местным населением, были поранения и побои, грабежи, разбои, убийства и поджоги. Председатель Ставропольского окружного суда отмечал, что самое большое число следственных дел "относится к кражам, из коих по немногим бывает обвиненным только одно лицо, без сообщников" [10]. Такой характер преступлений объяснялся особенностями региона, о чем свидетельствует то, что вопрос о разбоях и грабежах, большей частью возникавших в среде горского населения, продолжал остро стоять и в 80-90-х гг. XIX в. [11].
Для сравнения рассмотрим данные по различным видам преступлений по всему Северному Кавказу. Если проследить процентное отношение числа преступлений, совершенных в губернии к общему числу преступлений, совершенных в Кавказском крае, то вырисовывается следующая картина (см. табл. 3):
табл. 3

 

Год Поранения и побои Убийства Грабежи и разбои Изнасилования, Увоз женщин, противоест. пороки и подкидывание младенцев Поджоги
1871 0,1 2,7% 5,4% - 0,5%
1872 - 2,2% 12% 20% 1,2%
1873 3% 2,6% 10,3% 18% 5,4%
1874 2,7% 2,8% 8,2% 4,7% 4,4%
1875 3,7% 2,9% 9,7% 15% 3,8%
1876 5,6% 1,3% 10,4% 3% 4,1%

Как видно, процентное отношение по основным видам преступлений зачастую увеличивается, т. е. в Ставропольской губернии происходит рост преступности по отношению ко всему региону. Это позволяют охарактеризовать криминальную обстановку в губернии как весьма напряженную.
Приведенные нами данные можно оспорить. Действительно, число начатых следствий лишь приблизительно отражало уровень преступности, так как далеко не все преступные деяния, особенно мелкие, становились известными следователям и полиции. Немаловажно и то, что Министерство юстиции не контролировало деятельность местных сельских судов и полицейских чиновников, как в городе, так и в деревне и не учитывало мелкие уголовные дела (мелкие кражи, пьянство, легкие побои и др.), рассмотренные ими. Б.Н. Миронов отмечает, что в 1905 г. волостные суды по 43 губерниям России рассмотрели 1121 тыс. уголовных дел, а все общие суды - 1220 тыс. дел. Учитывая, что в 43 губерниях проживало около 65% всего населения, общие суды рассмотрели примерно в 1,4 раза дел меньше, чем местные сельские суды [12]. Исходя из этого, приведенные нами данные достаточно точно отражают движение крупной преступности, но не дают представление об уровни мелкой преступности, главным образом за счет недоучета правонарушений крестьян, проживавших в деревне.
Подводя итог, важно подчеркнуть, что уровень преступности является важнейшим показателем нравственного состояния общества, или другими словами, мерилом облика населения. В целом, криминальная обстановка в губернии была весьма напряженной. На протяжении второй половины XIX - начала XX в. происходил постоянный рост числа совершаемых преступлений, что в значительной степени, объяснялось теми экономическими и социальными изменениями, которые происходили в стране и регионе.
 
Примечания
1. Миронов Б.Н. Преступность в России в XIX - начале XX века // Отечественная история. № 1. 1998. С. 24.
2. Остроумов С.С. Преступность и ее причины в дореволюционной России. -М., I980.
3. Миронов Б.Н. Указ. соч. С. 26.
4. ГАСК. Ф. 398. Оп. 6. Д. 2. Л. 44-45; Оп. 13. Д. 3. Л. 70об-71; Оп. 27. Д . 12. Л. 48; Оп. 41. Д. 707. Л. 4об-05.
5. Из века в век служа закону: очерки истории органов внутренних дел Ставропольского края. — Ставрополь, 2005. С 62.
6. ГАСК. Ф. 398. Оп. 6. Д. 33. Л. 1-2об.
7. Из века в век служа закону: очерки истории органов внутренних дел Ставропольского края. С 67.
8. Край наш Ставрополье: Очерки истории. – Ставрополь, 1999. С. 196.
9. Обзор нечаянных смертных случаев, самоубийств и уголовных преступлений в Кавказском крае за 1871-1876 гг. // Сборник сведений о Кавказе. Т. IV. Изданный под ред. главн. ред. Кавк. стат. комитета Н. Зейдлица. - Тифлис: Типография Глав. Управления Наместника Кавказского, 1878.
10. ГАСК. Ф. 398. Оп. 6. Д. 33. Л. 7.
11. Гондаренко А.С., Зозуля И.В. Судебная система в России: сравнительное исследование развития на рубежах XIX – XX и XX – XXI вв. (на примере Кубани и Ставрополья). – Ставрополь, 2002. С. 84.
12. Миронов Б.Н. Указ. соч. С. 27.