Вы здесь

    • You are here:
    • Главная > Обряды жизненного цикла народов Дагестана как средство выстраивания национальной и локальной идентичности



Обряды жизненного цикла народов Дагестана как средство выстраивания национальной и локальной идентичности

Кадиева Виктория Ильясовна аспирант кафедры политической истории Ставропольского государственного университета



Дагестан - один из самых уникальных регионов, с точки
зрения этнокультурного многообразия проживающего здесь населения. На
историко-культурном взаимодействии десятки народов, с яркой неоднородной
культурой. Сходные естественно-географические и историко- социальные
условия способствовали выработке как общенациональной культуры, у
различного этнического населения Дагестана, так отличительных черт
присущих тому или иному народу.

Наиболее ярко это проявилось в обрядах жизненного цикла. И одним из
важных обрядов является свадебный, где можно выделить особенности
национальной и локальной идентичности.

Свадьба является большим праздником в дагестанском селе, которая всегда
проводилась торжественно, с привлечением к участию в ней всех жителей
села. Свадьба в каждом городском селении представляла собой совокупность
обрядовых действий, призванных обеспечить долгую и счастливую
супружескую жизнь для молодой четы, обеспечить ей многочисленное
потомство, а также это большое праздничное торжество для всего
населения, красочное зрелище, своего рода представление с известным
сценарием, где основные действующие лица прекрасно знали свои роли.
Режиссером - распорядителем всего действия, где каждый зритель был
одновременно и исполнителем, являлся специально назначенный ведущий,
который у разных народов Дагестана, а иногда в разных селениях одного
народа, назывался по-разному: шах, тамада и т.д.

Формы заключения брака у народов Дагестана имели несколько видов.
Наиболее распространенной из них у всех был брак по сговору.
Оформлявшая его обрядность начиналась сватовством, во время которого
стороны договаривались о размерах калыма и сроках его уплаты, по
Калоеву, «калым имеет большое символическое значение в Дагестане и легко
может быть опущен»[1;С.131] Одни народности Дагестана требуют уплаты
женихом брачного дара, другие освобождают его от этой обязанности. К
первым можно отнести аварцев и некоторые народности южного Дагестана, ко
вторым - даргинцев и лакцев. Но если плата за невесту постепенно
исчезала, то этого нельзя сказать о другом виде платежа, известного под
названием калым. О существовании брачной уплаты нам говорят адаты
южно- дагестанского общества. «Всякий мужчина, желающий жениться на
девушке или вдове должен заплатить, за нее условную уплату ее
родственникам, а за не имением их опекуну» [2;С.19] Коран определяет,
что выкуп должен принадлежать жене, как некая материальная гарантия на
случай развода. Шариат же приписывает получение выкупа родителями
невесты. Выплата калыма за невесту была таким же важным атрибутом брака,
как и оформление его у мулы. «Только оформленный служителем Аллаха по
всем канонам шариата мусульманский «некях», считается законным браком.
Это было незыблемо у всех народов Северного Кавказа, у которых ислам был
официальной религией» [3;С.102] Следует отметить, что выкуп за
невесту имел место у всех дагестанских народов, но размер не был
одинаковым и величина его во многом зависла от принятых в данном
конкретном обществе обычаев, от экономического благосостояния общества,
материального положения, и сословной принадлежности.

Брак по сговору распадался на два вида: сговор малолетних и сговор
совершеннолетних. «Весьма распространен, - писала С.Ш. Гаджиева, -
обычай сговаривать детей, даже вскоре после рождения; при этом
обыкновенно отец мальчика дает, в виде залога, какую-нибудь вещь отцу
девочки, и малолетние уже считаются с этого времени женихом и невестою»
[2;С.19] Колыбельное обручение (реже, чем другие варианты подобного
сговора) было широко известным у лезгин. Вучетич Н. сообщает аналогичные
сведения в отношении лезгин: «У лезгин не считается ничем особенным
брачные соединения малолетних детей... Два отца, имеющие сына и дочь и
живущие в постоянной дружбе, желают, как бы для подкрепления этих
дружеских отношений сочетать браком своих детей, которым всего-то еще по
восьми, десяти лет». [5;С.41] «Зажиточные люди приготавливают
своим детям женихов и невест тогда, когда те находятся еще в
младенческом возрасте». [6;С.17] Все же самой распространенной формой
сговора, был сговор совершеннолетних. При таком сговоре наиболее полно
соблюдали традиционные церемонии: 1) сватовство и вручение невесте
подарка; 2) обручение; 3) посещение дома; 4) отправка невесты в дом
жениха.

Среди форм заключения брака встречались такие формы брака как левират
и сорорат (с. Бацаба, Чох, Согратль ,Кудали, Кегер, Ругуджа, Салта)..
«Однако сорорат, и особенно левират, не получили такого распространения
у аварцев, как например в южном Дагестане – у лезгин или на плоскости у
кумыков» [7;С.56]. У аварцев в частности у андалальцев встречались
обменные браки. Назывались они дандре ригьин и заключались весьма редко.
Целью таких браков являлось укрепление родственных взаимоотношений.

Народы Дагестана всегда придавали большое значение женитьбе сына или
выдаче замуж дочери. Выбор невесты или жениха считался серьезным и
ответственным делом. Им занимались не только семья, но и более широкий
круг родственников, и даже тухум в целом. При оценке личных качеств
невесты в первую очередь принималось во внимание ее трудолюбие,
сдержанность в проявлении эмоций, знание правил этикета. Требовалось,
кроме того, чтобы девушка была физически крепкой, способной иметь
здоровое потомство и выполнять многочисленные обязанности по хозяйству,
дому и воспитанию детей. «Главным образом в невесте ценится ее
происхождение и способность к работе по хозяйству» [8;С.143]

У даргинцев, лакцев первый визит в дом девушки делали родители юноши.
Влияние сватов было значительным. У аварцев был распространен
другой обычай: для переговоров семья юноши приглашала к себе отца
девушки, щедро угощала его и делала предложение. Как правило, одним
посещением дело не ограничивалось. «Хорошая девушка не согласиться выйти
замуж, пока не износится обувь сватов»[9;С.173]

Бывали случаи, когда вопрос о браке решался сразу, и мать юноши тут же
надевала девушке серебряные кольца браслет. Но так случалось очень
редко. Сватовство коренным образом отличалось от всех остальных
«действий» свадебного обряда тем, что оно оставалось тайной и
осуществлялось всегда в самом узком кругу. Следующим этапом было
обручение. На этом этапе послы жениха шли в дом невесты с подарками,
кое-где их сопровождали все родственники. Разумеется, у каждого
народа и в каждом населенном пункте количество и ценность подарка
была разной. У аварцев часто подарки жениха и приданное невесты
вывешивались на веревках во дворе невесты для всеобщего обозрения и
оценки.

Обязательным условием заключения брака было совершение религиозного
обряда бракосочетания - «мах'ар», «магъар» (у аварцев, лакцев,
даргинцев), «никах» у лезгин. Обряд совершался либо в доме жениха, либо в
доме, куда он уходил на время свадьбы, либо у мамы. Обычно обряд
происходил с участием самого жениха и отца невесты. Совершался обряд
накануне или в день свадьбы. Невеста должна была получить от отца
разрешение на бракосочетание - фурман, а в случае смерти отца - от
другого родственника (опекуна). Девушка сама в обряде не участвовала,
жених же иногда участвовал. У лакцев был распространен обычай когда
«магъар» совершался перед доверенным лицом жениха и невесты. У аварцев
бытовал немного другой обряд. Как отмечал Пржецлавский, у аварцев -
«брачные союзы заключались или словесно при свидетелях, или же
поверенным от жениха или его родителей». Вся церемония брачной сделки
собравшихся родителей невесты и жениха, включала объявление о желании
выдать, а последние - о согласии принять избранную женихом
невесту»[10;С.160] Основные циклы обряда строго регулировались
основными законами шариата, а также адаты. Одним из доказательств того,
что браки заключались в Дагестане в основном по шариату, была
религиозная роль отца в выдаче невесты. «Один только отец имеет право, -
говорится в адатах Самурского округа, - выдать дочь замуж против ее
желания, прочие же родные и опекуны не имеют этого права, так что
засватанная при жизни отца девушка может по смерти его отказаться от
замужества с тем женихом, с которым она была обручена».[11;С.2] Ни
молодые люди, ни тем более девушки не были свободны в своем брачном
выборе. Решающее слово принадлежало их родителям, которым также
приходилось считаться с многочисленными традиционными правилами
заключения брака. Центральным акцентом свадебного торжества был переезд
невесты из отцовского дома в дом жениха. У лакцев день перевода невесты
из отцовского дома в дом жениха или в предшествующий этому вечер
несколько женщин от нее шли в дом юноши и совершали обряд занавешивания
угла комнаты, предназначенной для молодых. Здесь должна была находиться
их брачная постель. У даргинцев, в ночь предшествовавшую переводу
невесты в дом жениха в ее доме пекли огромный пирог и делали халву. У
лакцев после танцев в доме невесты вечером этого дня, на которых
присутствовала и невеста с подругами оставалась на всю ночь и проводила
время в играх и танцах. У даргинцев и аварцев в день перевода невесты к
жениху, приглашалась в его дом вся мужская родня невесты. Перед
отправлением в дом жениха подруги наряжали невесту в лучшую одежду,
подаренную женихом. Сам жених за невестой никогда не шел. У каждого
народа, этнической группы были свои ритуалы, устоявшаяся система
действий, выполнявшиеся представителями обеих сторон в определенный
момент свадебного цикла. У даргинцев невесту первым встречал отец
жениха, который делал с ней два-три шага в сторону входа в дом. При
входе в дом жениха, невеста должна была совершить обряд угощения. У
разных народов обряд проходил по-разному. У даргинцев невесту угощали
медом, а равно и обсыпали ее сладостями. Этот обряд совершала мать или
пожилая родственница. У лезгин при входе в дом жениха, невеста должна
была раздавить правой ногой, положенную на пороге ложку с маслом. После
этого невесту вводили в комнату и сажали на сундук с ее приданным. В
группе описанных обрядов, связанных с приводом невесты в дом жениха,
назначением которых считалось обеспечение ей счастливой жизни в новом
доме, большое значение придавалось осыпание ее мукой, рисом, конфетами. К
ногам невесты кидали мелкие серебряные монеты. Среди обычаев и обрядов
особое место занимали те, которые были направлены якобы на обеспечение
господства мужа над женой или наоборот, жены над мужем. У даргинцев
жених стоял за дверью, чтобы, как только невеста переступит порог
свадебной комнаты, ударить ее по голове. Характеризуя свадебные обряды,
П.М. Амиров писал: «Невесту вводят в комнату, а жених ожидает ее за
дверями. Как только она переступит порог, он задаст ей хорошего –
прехорошего пинка». ».[12;С.148] Лачка при входе в дом жениха
старалась дотронуться до притолоки над дверью. Обычно родня жениха
помещала невесту в углу комнаты, за ширмой. Перед ширмой полукругом
садились ее подруги. Адат закреплял многие разорительные, а порой и
оскорбительные свадебные обряды. «Глубоко оскорбляет невесту обычай,
обязывающий ее в течение всех трех дней, пока длится горская свадьба,
находиться в углу за занавеской. Там она и ест и пьет, а когда кто-либо
из гостей пожелает взглянуть на невесту, он отодвигает занавеску и
глядит на нее как на манекен».[13;С.23]. Роль жениха в это время у
разных народов была различной. У одних он вовсе не участвовал в
торжестве, ожидал, пока разойдутся гости. По старинному горскому
этикету, жених не имеет права быть на собственной свадьбе. Жениха
загоняют подальше с глаз к соседям, а лучше на чердак, чтобы хоть оттуда
увидеть собственную свадьбу. Дружки ему туда носят еду с собственного
стола, разумеется, тайком, но так, чтобы свадьба заметила и оценила. У
других (даргинцев), напротив участвовал. Совершенно не
принимала участия в пиршестве невеста, изолированная за занавеской. На
следующий день после брачной ночи свадьба шла в доме жениха. С утра к
невесте собирались женщины, чтобы поесть ритуальную кашу (лакцы), а
жених уходил на речку. У даргинцев подруга приносила из ее родительского
дома мясные пельмени, приготовленные матерью невесты. У аварцев свадьба
как таковая вообще проводилась на второй день. В этот же день
происходило одаривания новобрачной родных мужа подарками. У некоторых
аварцев и даргинцев, принято было на второй день приглашать родителей и
других близких родственников невесты в дом жениха для угощения.
Заканчивался этот день, как правило, у всех народов танцем новобрачных,
причем с молодой мог танцевать любой из присутствующих на свадьбе
мужчин. У даргинцев во время этого танца принято было одаривать невесту
небольшой суммой денег. Чаще всего на третий день свадьбы, принято было
приглашать молодых в дом ее родителей. После свадьбы происходило
символическое приобщение молодой к труду и приглашение ее в дом ее
родителей. Обрядами были насыщены все свадебные циклы, но действия
направленные на вызывание смеха, сосредотачивались главным образом в
ритуалах собственно свадьбы. Шут, ряженый на свадьбе XIX - начале XX вв.
— это чисто смеховой персонаж, об обеспечении наличия которого на
свадьбе ее устроители беспокоились так же, как и о том, чтобы были
музыка и угощение. Следует отметить, что проявление этой смеховой
культуры, у каждого народа проявлялось по-разному. Так, например в
рутульской свадьбе ряженные в женской одежде изображали беременных
женщин, а так же в пародийной форме имитировали выполнение разнообразных
женских работ (чесание шерсти, прядение и пр.).

В аварском с. Кикуни ряженные начинали соучастие в свадебный день,
предшествующий переводу невесты в дом жениха. Вечером этого дня они
появлялись в доме невесты, изображая жениха и невесту, в сопровождении
друзей жениха, с музыкой. Иногда под видом одного из ряженных сюда мог
явиться и жених.

Значительную роль играли ряженные на агульской свадьбе, где действия их
относились к первым трем дням свадьбы, до водворения невесты в дом
жениха, это были молодые люди из селения. Ряженные устраивали шуточную
борьбу между собой. Они осыпали присутствующих толокном, мукой,
осмеивали и подвергали шутливому наказанию «нарушителей порядка».

Рассмотрев весь приведенный выше материал не трудно заметить, что явно
выделяются как общенациональные особенности, характерные для всех
народов, так и локальная специфика отдельных этнических групп.
Многообразие, большая палитра особенностей этнокультурных явлений
показывает, что многие проявления и феномены культуры дагестанских
народов, воспринимаемые как национально-специфические, особенные, по
сути варианты местного проявления более общих моделей имеющих
общедагестанский, зачастую общекавказский характер.

Примечания

1.Калоев Б.А. М.М. Ковалевский и его исследования горских народов. М., 1979.

2. Сборник сведений о кавказских горцах. Тифлис, Вып. 3. 1870.

3. Авксентьев А.В. Ислам на Северном Кавказе. Ставрополь. 1984.

4. Гаджиева С.III. Семья и брак у народов Дагестана в XIX - начале XX века. М., 1985.

5. Гаджиева М.И., Омаров А.О. Семья народов Дагестана в историческом развитии. Ч 1. Махачкала, 2000.

6. Сборник сведений о кавказских горцах. Тифлис, Вып. 3. 1870.

7.Исрапилова З.А. Брак и семейно бытовые обряды аварцев Андала. Махачкала 2002.

8. Гаджиева С.III. Семья и брак у народов Дагестана в XIX – начале XX века. М., 1985.

9. Народы Дагестана. М., 2002.

10. Пржецлавский П. Указ. соч.

11. Калоев Б.А. Указ. соч.

12. Гаджиева С.III. Указ. соч.

13. РУК. фонд. ИИАЭ ДНЦ РАН Ф.5 Оп. 1. С. 23.