Вы здесь

    • You are here:
    • Главная > Восприятие торговли крестьянским населением



Восприятие торговли крестьянским населением

Торговая ментальность формируется в результате накопления в памяти населения долговременных традиций хозяйственной деятельности, кристаллизации ее организационных и материально-технологических особенностей. Российское отношение к торговой деятельности характеризуется живучестью уравнительных механизмов: потлачем (дарением излишков), помочами (совместной трудовой деятельностью), “нарядами миром”, толоками, складчиной. России исторически была присуща коммунальность как устройство материально-технологической среды, при котором все ее части являются единой неделимой системой и не могут быть обособлены без угрозы ее распада. ?1?
Православные религиозные нормы автоматически превращали торговое ремесло в неугодное Богу занятие. Это, в свою очередь, привело к формированию образа торговца-бедняка как положительного персонажа. Основа этого процесса лежит в преобладании духовно-нравственного начала над материальным, ориентации на идеальную сферу и отход от реальной жизни, обращенность в будущее. Эти черты являются специфической особенностью русского менталитета вообще и крестьянского в частности. Крестьяне не смотрели на торговлю как на средство наживы. Про богатство говорили, что Бог дал в пользование и потребует по нему отсчета.
Материальное положение человека оставалось в стороне от его непосредственной деятельности. Неуспешный торговец воспринимался русским обществом более терпимо, нежели европейским. Православное христианство обусловило существование бедности как типа культуры.
Подобная специфика мировосприятия объясняет специфическое смысловое наполнение таких терминальных ценностей, как свобода, труд, успех. Так, если для западной культуры типично понимание успеха как результата собственных усилий, то в русской культуре успех — это следствие везения.
Однако в пореформенное время значительная часть населения отошла от традиционного религиозного мировоззрения. Разумеется, более отчетливо эти тенденции отразились на образованных людях, молодежи. Но и крестьянство не осталось в стороне. Медленно втягиваясь в товарно-денежные отношения сельчанин, так или иначе, сталкивался с городской культурой и нравами, а вместе с ними воспринимал и динамику отношения к православным канонам, традициям. Формируется личность нового типа, для которой религиозные ценности отодвигаются на второй план, так же как страх оказаться в аду за непрощенные и неотмоленные грехи, уступает место страху перед бедностью или разорением.
Однако отношение к крестьянину-торговцу оставалось очень противоречивым. С одной стороны без него трудно обойтись. Так сельские общества Ставропольской губернии в 1871 году на сходах активно решают вопросы о количестве питейных заведений в их селениях, о том, кто достоин содержать таковое в селении. ?2?
С другой стороны социальный престиж крестьян-торговцев невысок. Его моральные качества всегда подвергаются сомнению. Так сельское общество селения Величавого, обосновывая свой отказ в предоставлении приговора на открытие питейного заведения, ссылается на нечестность крестьянки, ранее занимавшейся продажей спиртных напитков в селении: «…она дает хлебное вино каждому в долг, а потом насчитывает более того, что было ей дано…»?3?. Более того, на сельских сходах довольно часто поднимались вопросы о том, что подобные торговые заведения являются одной из основных причин падения нравственности и морали, приводят к разорению односельчан, накоплению недоимок и казенных долгов.
Следует отметить, что сами крестьяне-торговцы относились к собственной деятельности более позитивно, к тому же для многих торговля была единственным возможным способом заработка. Хотя сельский торговец был вынужден по-прежнему убеждать в полезности своего занятия не только односельчан, но подчас и государство. В Ставропольское по крестьянским делам присутствие пришло прошение от крестьянки Барановой: «…содержавши питейное заведение, я бездоимочно оплачивала все лежащие на мне повинности, приносила доход казне за патент и прочие свидетельства и покрывала все свои нужды…»?4? Следовательно, общественная польза была необходимым мотивационным моментов в качестве результативности торговой деятельности крестьянина. Отношение к торговцу «как исполнителю и как доверенному общества» было характерным на рубеже XIX-XXвв. Такое выходящее за профессиональные рамки понимание значимости предпринимательской деятельности, несомненно, отличалось от «капиталистического» духа Западной Европы. ?5? Важно отметить, что крестьянское восприятие своего занятия уже не ограничивается фаталистическим «на все воля Божья». Как следствие «собственническое» отношение к торговому делу, желание получить достойное вознаграждение за свой труд. Для примера можно привести прошение крестьян, занимающихся торговлей на Александровской площади, которые жалуются властям на плохие условия труда, отсутствие пригодных помещений для торговли : «…часто случается, что товары наши бывают подмочены и испорчены, что положительно разоряет нас торговлею…»?6? Это также является следствием того, что крестьянин-торговец был заинтересован в продаже качественной продукции. Особенностью российского рынка как такового были высокие требования к товару. Покупатель, несмотря на свою бедность, выбирал продукт хорошего качества и был готов платить за него больше. «Дорого - но мила, дешево да гнило». Россия этим отличается от Востока, где потребитель беден и берет дешевый некачественный товар, и от Запада, где потребитель, даже имея возможность выбора между дорогим и недорогим товаром, предпочтет подчас менее качественный, но по прельстившей его цене. ?7?
В крестьянской торговой среде меняется отношение к власти, что приводит к отказу от традиционной патриархальной модели господства-подчинения. В пореформенный период она утрачивает свою актуальность, воспринимается как устаревшая, не отвечающая потребностям современного времени. Крестьянин, вступив на путь торговой деятельности, вынужден разбираться в торговом законодательстве, знать механизмы получения патентов, разрешений на сезонную и постоянную торговлю. Прошения, поступающие в Ставропольское по крестьянским делам присутствие, изобилуют ссылками на различные законодательные статьи, упреками по их несоблюдению. Отчасти это являлось следствие того, что развитие торговли на селе опережало законодательное регулирование данного процесса. Так, на запрос государственного крестьянина о том, какие документы следует иметь при содержании питейного заведения, и могут ли они взаимоисключать друг друга, из городской Думы был получен следующие ответ: «…Дума закона в виду (вопроса) не имеет, а потому и просьбы помянутого крестьянина по означенному предмету удовлетворить не могут». ?8?
Занимаясь торговлей, крестьянин пореформенного времени лишен важнейших характеристик гражданственности, свойственных представителям Запада, таких, как расчет на собственные силы, отказ от социального иждивенчества и государственного патернализма, развитая трудовая этика, опора на полноценное самоуправление, терпимость, уход от конфликтов через согласование позиций, почитание законов, использование всех демократических свобод и т.п. ?9? До конца отойти от привычной модели взаимоотношений с властью на данном этапе развития не представлялось возможным.
Анализ использованных источников позволяет сделать вывод о том, что хотя восприятие торговли крестьянским населением в пореформенной России уже далеко не была ментальностью традиционного типа, характерного для людей доиндустриального общества, но в то же время еще очень отличалась от рациональной ментальности индустриального общества.
В целом, восприятие торговли в XIX-ХХ вв. сохраняло во многом патриархальные черты, несмотря на то, что главная – религиозная составляющая традиционного типа ментальности в этот период уже не была доминирующей.

Примечания

1. Балабанова Е.С. Особенности российской экономической ментальности // http:// www.hse.ru/
2. ГАСК. Ф. 58. Оп. 1. Д. 319.
3. ГАСК. Ф. 58. Оп. 1. Д. 319.Л. 35.
4. ГАСК. Ф. 58. Оп. 1. Д. 319.Л. 37.
5. Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма / Вебер М. Избранные произведения. М.: Прогресс, 1990. // http:// www.hse.ru/
6. ГАСК. Ф. 96. Оп. 1. Д. 608.Л. 1.
7. Рыкина Г.С. Московское купечество в конце XIX - начале XX столетия (Образ торговца-предпринимателя и его ментальные особенности). М., 1999.
8. ГАСК. Ф. 96. Оп. 1. Д. 137.Л. 3.
9. Бушкамов А.В. Изменение ментальности городского населения российской провинции в конце XIX - начале XX столетия . Пермь, 2006.