Вы здесь

    • You are here:
    • Главная > Роль крестьянства в развитии стационарной и рыночной торговли в Ставропольской губернии в пореформенный период



Роль крестьянства в развитии стационарной и рыночной торговли в Ставропольской губернии в пореформенный период

Северный Кавказ по мере роста товарного земледелия и
промышленности в начале XX в. становился полноправной составной частью
народного хозяйства России. Вовлечение региона в систему единого
российского рынка облегчило проникновение туда рыночных отношений,
способствовавших развитию производительных сил.

Одним из важнейших показателей товарного производства был рост
внутренней торговли в крае. Реализация основной массы товарной продукции
происходила как на постоянно действовавших базарах, так и на временных
ярмарках. По мере развития путей сообщения и товарно-денежных отношений
кратковременные и эпизодические формы торговых связей становились все
более устойчивыми и постоянными. Это проявлялось, прежде всего, в
расширении стационарной торговой сети и ее оборотов. Даже продажа скота,
перегон которого на ярмарки был менее затруднителен, чем доставка
зерновых продуктов, постепенно перемещалась на стационарные рынки.
Уходило в прошлое то время, когда ярмарки были основной формой торговли.
Еще больше на базарах продавалось зерна и изделий промышленного
производства. Эти постоянные рынки отличались особой оживленностью и
многолюдностью.[1] Да это и понятно, если учесть, что на стационарных
базарах было больше торговых дней, чем на ярмарках. Однако значение
ярмарок в торговой жизни региона не только ослабевало, но наоборот,
возрастало.

Обороты ярмарочной торговли в отдельных случаях, учитывая возможности
того времени, были значительными. Реализация свыше 50% товаров (в селах
Московском, Медвежьем, Новогригорьевском) свидетельствовали о
значительно возросшем уровне денежных отношений на Ставрополье. Вместе с
тем торговые обороты на ярмарках в селах Петровском, Прасковее и,
особенно, в Медведском и Благодарном, по-прежнему оставались крайне
низкими. Таких ярмарок было большинство. По двум округам количество
купленных товаров по отношению к привезенным, как видно, составляло
только около 35% .[2]


На осенней ярмарке шла бойкая торговля привозными товарами примерно того
же ассортимента, что и на весенней. Наибольшим спросом пользовались
бурки, из бумажных изделий нанка, платки, холстинки, ткани, сапоги,
мягкая рухлядь, части для плугов и пр.[3]

По значительности ярмарок к середине XIX века первое место принадлежало
Георгиевску. Занимая центральное в губернии положение, он привлекал на
свои ярмарки большое число соседних горских народов—закубанцев, кумыков,
кочующие народы, крестьян, казаков. Только одна осенняя ярмарка
составляла почти четвертую часть всех ярмарочных оборотов губернии. Из
казачьих ярмарок в пределах кавказского линейного войска самой крупной
была в ст. Ново-покровской, оборот которой достигал 1/3 часть оборота
всех казачьих ярмарок войска. [4]

На две главные в Ставрополе ярмарки привозится товаров почти на 100 млн.
руб. и, сверх того, в Ставропольской губернии на 7 городских, 25
сельских и 2 ярмарки в кочевьях иногородцев привозится товаров слишком
на 5 млн. руб. Присоединив к этому многочисленные сельские базары,
окажется, что одни только ярмарочные и базарные обороты Ставропольской
губернии составляют до 7 руб. в год на душу, что уже свидетельствует о
весьма успешном развитии благосостояния местного населения.[5] Наконец,
торговая деятельность г. Ставрополя еще более осязательно доказывается
количеством товаров, привезенных на потребление одного этого города в
1868—1869 гг., а именно: из Москвы, Нижнего, Харькова, Полтавы и
Ростова-на-Дону до 2330115 пуд. и из Царицына до 289 тыс. пуд., причем
число ежегодно приходящих в Ставрополь с грузом фур исчисляется до 30
тыс. Кроме того, по направлению от Ростова в Ставрополь и обратно
перевозится различных грузов до 6 млн. пуд., что вместе взятое придает
Ставрополю первенствующее на Северном Кавказе торговое значение.[6]

Важную роль в товарообмене между губерниями играли хлебные продукты. Их
производителями являлись главным образом степные районы края, в то же
время в предгорьях Кавказа хлеба нередко не хватало. Например, в
предгорьях Кубани ежегодно требовалось дополнительно до 2 млн. пуд.
хлеба.

В связи с этим в районах широко процветала деятельность хлеботорговцы и
скупщики. Они закупали и в степных районах хлеб, а затем втридорога
перепродавали его в горных станицах и аулах.[7]

Хлебные торговцы и скупщики рассылали агентов по местным рынкам, которые
нередко обманным путем скупали хлеб у крестьян и казаков. Скупка хлеба
производилась по ценам, на 10—15% ниже рыночных. Практиковалась и
предварительная скупка зерна на корню, в частности под предоставленные в
кредит промышленные товары сельскохозяйственные орудия. Так, например, в
станице Новотроицкая скупкой занимался крестьянин Екатерининской
губернии О. Фотвев, который имел в собственности амбар для ссыпки хлеба.
В ст. Розмеватской скупщиком являлся крестьянин С. Козырев. В
ст.Терновской – И. Соколов.[8]

О широкой деятельности перекупщиков хлеба можно прочитать в различных
документах аульных и станичных правлений. Сбор станицы Зеленчукской
Кубанской области, жалуясь атаману отдела на спекулянтов, писал, что
хлеб в станице «почти не производится, а закупается у лиц, которые
привозят его из хлеборобных районов. Население обычно, не имея средств,
покупает его по 1 — 2 пуда, а зажиточные больше, для перепродажи,
который затем и перепродают односельчанам, но завышенной цене».[9]

В конце XIX в. в Ставропольской губернии насчитывалось 326 ссыпщиков
хлеба, из них в Ставрополе —31 и в уездах —295. В казачьих областях
почти весь вывозимый хлеб также покупался ссыпщиками в хозяйствах и
местных рынках, затем он поступал в амбары для составления партий и
отправки в порты. Так, в ст. Лабинской Кубанской области в 1898г.
ссыпщиками было куплено 3 млн. пуд. хлеба для отправки в Армавир. В
начале 90-х гг. из г. Екатеринограда но железной дороге вывозилось до 5
млн. пуд. хлебных грузов.

Наряду с концентрацией торговли различными или специфическими товарами в
отдельных центрах края в пореформенное время получила широкое развитие
торговля смешанными товарами во всех населенных пунктах.[10] Чаще всего
это была мелочная торговля. Хозяева большинства лавок вкладывали в свои
предприятия небольшие средства, получали незначительные доходы, а
нередко и разорялись. Чаще всего, именно вследствие низкой доходности
мелочной торговли, крестьянин не имел документа, разрешающего подобную
деятельность, т.к. не был уверен в завтрашнем дне. За неимением
приказного свидетельства на продажу мелочного товара полагался штраф.
[11]

В пореформенное время на Северном Кавказе получила большое развитие так
называемая питейно-трактирная торговля. Естественно, что в первую
очередь этот вид торговли был сосредоточен в крупных городах, но он
широко практиковался повсеместно, в том числе и в горных аулах.[12] Но и
она не является особенно прибыльной для крестьянина. В Прибавлении к №
52 Ставропольских губернских ведомостях за 1889 было напечатано
следующее: «По требованиям Ставропольской кавказской палаты
разыскиваются имущества и капиталы, принадлежащие следующим лицам, а
также и некоторые лица: Крестьянин с. Благодарного К.Х. Волосову - 48
руб. 34 коп. Крестьянин Смоленской губернии с. Козогреевки В.Л. Федотову
и ставропольскому мещанину П.П.Черевко - 61 руб.91 коп.».[13]

Таким образом, все более увеличивалась роль крестьян как связующего
звена между городом и деревней, отдельными районами края и внутренними
рынками страны. Изменились размеры и формы торговли. Меновой характер
торговли сменился товарно-денежными отношениями. Увеличилось число и
размеры ярмарочной торговли, более широким стал ассортимент товаров.
Расширилась и география торговых связей.[14]

Примечания

1. Куприянова И.В. Города Ставропольского края во второй половине XIX в. М., 1981. С 33-34.

2. Ставропольские Губернские ведомости. 1875. №36.

3. ГАСК. Ф. 86 Д. 499. Лл. 174-182.

4. Чекменев С.А. Переселенцы. Очерки заселения и освоения Предкавказья
русским и украинским казачеством и крестьянством в конце XVIII – первой
половине XIX вв. Пятигорск. 1994. С. 240.

5. Ставропольские губернские ведомости. 1878. №. 18. С. 2.

6. Бентковский. Несколько слов о направлении будущей
Ростово-Владикавказской магистральной линии в г. Ставрополе. СПб., 1871.
С. 12-14.

7. Невская Т.А., Чекменёв С.А. Ставропольские крестьяне. Мин. воды, 1994. С. 63.

8. ГАСК.Ф. 459. Д. 1889. Лл. 15-17.

9. К вопросу политического, хозяйственного, культурного развития
Северного Кавказа. Ставрополь. Сборник статей. Ред.коллегия:
В.А.Романовский. 1969. С. 146.

10. Жеребцова И.И. Механизм ярмарочной торговли России во второй трети
XIX в. (На примере Георгиевской ярмарки). //Вопросы исторической науки.
Взгляд молодых. Ставрополь, 2005. С. 19-22.

11. ГАСК.Ф. 459. Оп.1. Д. 1876. Л. 15.

12. История народов Северного Кавказа конца XVIII – 1917г. М., 1988. Ч. 2. С. 319.

13. Ставропольские губернские ведомости. Ставрополь, 1889. № 5.

14. Невская Т.А., Чекменёв С.А. Ставропольские крестьяне. Мин. воды, 1994. С. 41.