Вы здесь

    • You are here:
    • Главная > Проблемы медицинского обслуживания населения Новосибирска 1930-х гг. в контексте эволюции городской повседневности



Проблемы медицинского обслуживания населения Новосибирска 1930-х гг. в контексте эволюции городской повседневности

В статье рассказывается о развитии сети медицинских учреждений Новосибирска 1930-х гг. и типичных для этого времени проблемах со здоровьем горожан. Автор показывает изъяны в советском медицинском обслуживании динамично росшего по демографическим показателям города.
В последние годы отечественные историки проявляют исследовательский интерес к, сформировавшимся в лоне западноевропейской науки, антропологически ориентированным методологическим подходам: микроистории, истории повседневности, устной истории, новой культурной истории и др. Применение и попытки сочетания этих подходов российскими специалистами, занимающимися региональной историей, представляются перспективными задачами сегодняшнего дня. Взгляд на прошлое Новосибирска под углом зрения истории повседневности дает историку возможность увидеть круг не замеченных до сих пор исследователями проблем, связанных с элементарными человеческими потребностями, возможностями их реализации в специфичных условиях среды и инфраструктуры небольшого сибирского города, с отношением обывателей к собственным будням и каждодневным проблемам. В отличие от традиционного краеведения и бытописательства, работа в рамках "истории повседневности" позволяет преодолеть описательный уровень исследований по региональной истории и приблизиться к пониманию мотивов бытового поведения людей прошлого[1].
Человеческие потребности, даже самые элементарные, биологические, формируются под значительным вилянием социокультурных условий, в которых живет человек. Порождением социкультурных условий эпохи является и быт. Поэтому, наше исследование не ограничивается задачей выяснения конкретных и узких аспектов бытовых условиях жизни горожан Новосибирска 1930-х гг. В более широком плане нас интересует проблема адаптации населения быстро растущего сибирского города к сложным экономически, социально - политическим и культурным обстоятельствам, которые складывались в стране, Сибирском регионе и конкретном городе.
Вопросы здоровья и медицинского обслуживания новосибирских обывателей 1930-х гг. исследованы слабо. В начале 1950-х гг. историю новосибирской медицины изучал краевед М. Г. Хитарян, который обзорно описал основные этапы становления медицинского обслуживания в городе[2]. Несколько справочных статей о медицинских учреждениях Новосибирска и их истории содержит "Энциклопедия Новосибирска"[3]. Отрывочные справочные сведения по этой проблематике находим в исторических хрониках города. Вообще, проблемы здравоохранения сибиряков в 1930-х гг. затрагивались специалистами по исторической демографии, в частности В. А. Исуповым[4]. Однако задача изучения вопросов здоровья и медицинского обслуживания новосибирцев 1930-х гг. в контексте истории повседневности прежде не ставилась историками. Наше исследование построено преимущественно на базе делопроизводственной документации лечебных учреждений Новосибирска 1930-х гг. и свидетельствах местной прессы.
Заметно, что по сравнению с предыдущим периодом в 1930-е гг. происходил некоторый прогресс в области развития системы медицинского обслуживания новосибирцев. Этому способствовало расширение сети медицинских учреждений в городе и открытие в 1931 г. первого медицинского училища. Новосибирск начал самостоятельную подготовку медицинских кадров. Однако развитие медицины шло тернистым путем. Хотя в городе росло количество лечебных учреждений, и можно было говорить о некотором повышении качества медицинского обслуживания, эти процессы сопровождались общей для Новосибирска проблемой недостаточно высоких темпов развития городской инфраструктуры по отношению к демографическим показателям.
Заболев, новосибирцы 30-х гг. обращались в поликлиники по месту жительства, в амбулатории, большая часть из которых являлись ведомственными и имели закрытый характер. Для невропсихиатрических, венерических и туберкулезных больных в городе работали специализированные диспансеры. Имелся и наркологический диспансер. За женским здоровьем и физическим развитием детей к 1935 г. следило шесть специализированных консультаций. В городе имелся ряд больниц, в том числе специализированных. Если человек попадал в ситуацию, угрожавшую жизни, можно было вызвать скорую помощь.
Однако неожиданно заболеть в Новониколаевске вовсе не означало оперативно получить квалифицированную медицинскую помощь. Исходя из постановления новосибирского городского совета скорую помощь имело смысл ждать только, если обыватель поранился, пострадал от перелома, сильно обжегся, отравился, обморозился, захлебнулся, пострадал от электричества, получил солнечный удар, потерял сознание в результате ушиба головы, продолжительно находился в обморочном состоянии, внезапно сошел с ума, если у обывателя случилось неожиданное кровотечение и, если у женщины на улице начались роды[5]. При других обстоятельствах на вызов скорая помощь не приезжала. Случалось, что без врачебной помощи люди погибали, например, от сердечной недостаточности, или от лихорадки. Эта ситуация легко объяснялась тем, что на вызовах работало всего от двух до пяти врачей, которые физически не успевали оказать помощь всем нуждавшимся. За одни сутки скорую помощь горожане обычно вызывали 35-45 раз, но случалось и более пятидесяти, тогда рассчитывать на то, что врач приедет, было, скорее всего, бесполезно[6].
В начале 30-х гг., в соответствие с господствовавшей правительственной концепцией социалистического города, актуальной проблемой развития инфраструктуры городов считалось улучшение качества жизни населения окраин и промышленных районов. Концепция социалистического города отразилась и на развитии медицинского обслуживания в Новосибирске. Для жителей городских окраин посещение врача связывалось с меньшими проблемами, чем прежде. К началу 1930-х гг. в нашем городе уже имелись Ельцовская и Ипподромская амбулатории, а это значит, что вопрос об улучшении медицинского обслуживания городских окраин постепенно решался. Летом 1930 г. в новосибирском левобережье, на самой отдаленной окраине, появилась своя амбулаторию и больница при строившемся заводе "Сибкомбайн"[7] [9, с. 154]. Самые густонаселенные районы, как, например, Центральный и Закаменский (Октябрьский) тоже нуждались в новых медицинских учреждениях. Поэтому, в середине декабря 1929 г. открылась Центральная поликлиника (поликлиника №1), следом за ней образовался единый диспансер на базе Октябрьской (Закаменской) амбулатории, который в 1935 г. был преобразован в поликлинику №4[8]. В 1935 г. город обслуживали четыре районные поликлиники. Помимо Центральной и Октябрьской открылась Кировская и Дзержинская. Кроме того, в 1931 г. была организована амбулатория при железнодорожной больнице, а через несколько лет и детская поликлиника для подраставшего поколения семей железнодорожников. К 1935 г. уже имелась 21 амбулатория в разных новосибирских районах. 12 амбулаторий являлись ведомственными и состояли из небольшого количества кабинетов. Жители разных районов могли в случае необходимости посетить поликлинику или амбулаторию, находившуюся в разумных пределах ее территориального достижения. Данное обстоятельство существенно облегчало жизнь обитателям окраин, ведь Новосибирск 1930-х гг. - это гигантская территория в 35156.2 га, это - плохое уличное благоустройство и очень слабо развитая транспортная сеть[9].
В третьем десятилетии ХХ столетия в городе возросло число диспансеров, и повысился статус некоторых старых. К примеру, в 1931 г. открыли нервно-психологический диспансер, а в 1935 г. от поликлиники №1 отделился туберкулезный диспансер. Показательно, что в этом же году на газетной полосе отмечалось, что Новосибирск особенно отстал в развертывании сети противотуберкулезных лечебных учреждений[10]. Этот недостаток пытались хотя бы частично устранить, организовав новый диспансер. В 1938 г. кожно-венерологический диспансер расширился и обрел статус областного. Постепенно возрастало количество врачей, работавших в диспансерах, консультациях и зубных кабинетах. В 1930 г. насчитывалось только 153 сотрудника подобных учреждений. В 1934 г. их численность достигла 279 специалистов[11]. Город очень быстро рос, и увеличение числа врачей являлось более чем оправданным.
Появление новых поликлиник и амбулаторий обычно являлось важным событием для новосибирцев. Жители городского центра ждали открытия первой поликлиники. В 1930 г. даже в детском журнале "Товарищ" опубликовали актуальный для того времени рисунок пионера Коли Петрова, на котором изображалось строительство этого учреждения. Просторное, удобное здание центральной поликлиники отвечало всем последним санитарным требованиям и архитектурной моде. Горожане, посещавшие это новое, роскошное по тем временам заведение, должны были, согласно идеологическим установкам эпохи, ощущать благодарность вождю за заботу о здоровье пролетариев, и гордость за успехи совей страны в развитии социальной сферы жизни. Приходя в поликлинику, горожане, привыкшие ждать своей очереди в душном маленьком, часто накуренном, коридоре, попадали в большой холл с высоким потолком, пахнущий ремонтом и лекарствами. Здесь даже время, проводимое в очереди, летело быстрее - посетители меньше утомлялись, ведь привычная толчея, теснота и духота практически отсутствовали. Поликлиника №1 представляла собой парадный островок благоустроенности и первозданной чистоты на болоте новосибирских коммунальных неурядиц 30-х гг.
Во второй половине 30-х гг. в газетах появлялись хвалебно-рекламные и идеологически обусловленные статьи о некоторых диспансерах и поликлиниках. К примеру, отмечалась успешная работа детской консультации №3, принимавшей ежедневно до 60 детей. Но содержание газетной статьи наводит на мысль о том, что далеко не все родители новосибирских малышей представляли, зачем, собственно говоря, показывать врачу с виду здоровых детей[12]. Сегодня трудно сказать, до какого предела терпели недомогание и болезненное состояние горожане 30-х гг., прежде чем обратиться к врачу, и посещали ли доктора в целях профилактики. Все-таки, старые амбулатории тесными, часто антисанитарными и плохо оснащенными современным медицинским оборудованием. В коридорах неизменно толпились очереди больных, врачи были перегружены работой. Все эти обстоятельства делали посещение врача хлопотным и неприятным.
Многие пациенты недолечивались и занимались самолечением. Знахари, "бабки", повитухи и "абортмахеры", как и прежде, не только помогали горожанам справляться с физическими недугами, но и зачастую вредили здоровью населения Новосибирска. К примеру, в сентябре 1930 г. была осуждена на 5 лет лишения свободы за непреднамеренное убийство в результате произведенного в домашних условиях аборта, повитуха П. Баурина. Она ввела обратившейся к ней за помощью женщине несколько ртутных инъекций, после чело женщина скончалась[13]. Услуги таких "специалистов" были востребованы не только из-за ущербности государственных амбулаторий и больниц. Сказывалось влияние традиции, ведь в Новосибирск этих лет переселялось очень много крестьян, привыкших к народной медицине. Имел существенное значение и запрет на аборты 1936 г., в результате которого многие женины шли на нелегальное прерывание беременности. А это часто приводило к кровотечениям, заражениям крови, летальным исходам.
Нельзя сказать, что здоровье горожан было безразлично властям: они не только выделяли средства на развитие сети медицинских учреждений, но и разрабатывали программы по улучшению здоровья горожан. В 30-е гг. большое внимание уделялось пропаганде здорового образа жизни, что связывалось с критической демографической ситуацией: уровень смертности в некоторых регионах превышал уровень рождаемости, значительная часть горожане не доживала до зрелого возраста. В Новосибирске устраивались различные физкультурные мероприятия, которые выполняли еще и функции досуга. В 1930 г. был введен принцип единой диспансеризации населения - метод активного динамического наблюдения за состоянием здоровья всех групп населения, как здоровых, так и больных, проведение санитарно-гигиенических, профилактических и лечебно-оздоровительных мероприятий. В диспансеризации по закону участвовали все медицинские учреждения города, поэтому теоретически здоровье новосибирцев находилось под пристальным вниманием медиков, выражавших интересы государства. Другое дело, что в 30-е гг. мало кто задумывался о нормальном медицинском обслуживании и диспансеризации социальной группы лишенцев. Им был закрыт свободный доступ к обслуживанию в поликлиниках и амбулаториях по причине незастрахованности.
В соответствии с правительственным курсом 30-х гг. на уничтожение частного предпринимательства в стране, Окрздрав (организация окружного значения, занимавшая вопросами здравоохранения) распорядился о ликвидации практики частных врачей на территории всего округа. 1 апреля 1930 г. с газетной полосы "Советской Сибири" исчезли объявления о приеме частных врачей, поскольку их кабинеты закрылись. Но в первые же дни после закрытия частных врачебных кабинетов выяснилось, что их услугами пользовалось значительное число горожан. К их числу относились бывшие нэпманы и "кулаки", которым было отказано в медицинском страховании и приеме у врачей государственных медицинских учреждениях. Выяснилось, что за деньги предпочитали лечиться и многие застрахованные лица - рабочие. Оказалось, что до 10% застрахованных горожан выбирали не толчею в коридоре бесплатной амбулатории, а более внимательное отношение врача, лечащего в частном кабинете за плату. Внезапное закрытие частных врачебных кабинетов привело к неожиданному наплыву населения в государственные амбулатории и поликлиники, которые не могли обслужить такое число желающих. Ежедневно в приеме стали отказывать более чем двумстам больных, служба скорой помощи оказалась неимоверно перегружена работой. В городе не была подготовлена достаточная база для ликвидации платной медицины в лице частных докторов. Поэтому, через несколько дней, практика частных врачей в Новсибирске восстановилась. В 1930 г. продолжали принимать врачи - частники Полянский, Шлисман, Брандт и др. Судя, по газетной рекламе, особенно востребованы были дантисты, венерологи, специалисты по гинекологическим и ЛОР болезням. В 1932 г. работала даже платная амбулатория врачей-специалистов - доцентов и профессоров всех специальностей[14]. Только к середине 30-х гг. в Новосибирске прекратили вести прием частные врачи.
В 30-е гг. возрастало количество больниц. К 1935 г. построили пять корпусов городской клинической больницы №1, открыли ряд инфекционных больниц, потребность в которых ощущалась наиболее остро. Кроме того, была построена больница на станции Эйхе, больницы при крупных промышленных предприятиях - на "Сибмашстрое" и "Сибметалстрое". Вообще в этот период в городе имелось 15 больниц и 3 станции скорой помощи. К середине 30-х гг. возросло число коек в больницах и количество врачей. В 1930 г. насчитывалось только 670 мест в больницах города, в 1935 г. число коек достигло 1805.
Однако для Сибирского Чикаго такие темпы роста больничной сети не были достаточными. В начале 30-х, когда менялся экономический и политический курс в Советском Союзе, система медицинского обслуживания в Новосибирске переживала не лучшие времена. Причины были разнообразны. Начало коллективизации и индустриализации привело к притоку в краевой центр массы новых людей, которые, естественно, болели, и на которых не было рассчитано имевшееся число больничных коек. Известно, что там, где переселенцы, там и эпидемии. В начале 30-х горожане, как и период гражданской войны, рисковали заразиться сыпным тифом. Ситуация с нехваткой больничных коек осложнялась тем, что в Новосибирске лечились не только местные, но и приезжие, ведь город являлся краевым центром. Резкий всплеск заболеваемости новосибирцев сыпным тифом наблюдался в марте 1933 г. Тогда был создан еще один госпиталь на 170 коек в неприспособленном для медицинских целей здании института потребительской кооперации. Тифозных больных начали размещать и в больницах неинфекционного профиля: в больнице скорой помощи, в туберкулезном диспансере и даже в физиолечебнице. Можно только вообразить какой беспорядок в работу этих учреждений вносило появление заразных больных, которые угрожали распространением инфекции. Места в больнице скорой помощи предоставлялись тифозным, а это означало отказ в госпитализации тем, кто нуждался в экстренной помощи. Данная ситуация напоминает проблемы десятилетней давности, когда число эпидемических больных сильно превышало количество больничных коек, создавались импровизированные госпиталя и лазареты и смешивался контингент пациентов, страдавших разными болезнями.
Несмотря на однозначные минусы в организационных вопросах медицинского обслуживания новосибирцев, качество медицинского обслуживания повышалось по таким критериям, как развитие науки и техники. В медицинских учреждениях появлялось новое оборудование, улучшалась материальная база. С 1930 г. в городе начали функционировать два рентгеновских кабинета, работа которых значительно облегчала диагностику заболеваний[15]. Но, что и говорить двух рентгеновских кабинетов для большого города было мало. Хотя все население города вплоть до войны обслуживало только три дежурных врача и пять карет скорой помощи, в больницах появлялись бактериологические лаборатории и новое физиотерапевтическое оборудование[16]. Конечно, эти нововведения не могли компенсировать всех проблем и недостатков системы здравоохранения горожан Новосибирска 30-х гг., которые явно нуждались в лучшем медицинском обслуживании.
Тяжелые годы третьего десятилетия ХХ в., как 1930, 1932-33, ознаменованные голодом, сопровождались всплеском инфекционных болезней, которые легко поражали ослабленные организмы и приводили к высокой смертности городского населения. Горожанам делали прививки от оспы и брюшного тифа, что бы предотвратить распространение инфекций. Но "заразные" болезни оставались на протяжении 1930-х гг. самыми распространенными[17]. Брюшной тиф, паратиф, скарлатина, дифтерия, коклюш, корь, малярия, туберкулез постоянно подкашивали новосибирцев всех возрастов. По мнению историка В. А. Исупова к началу 1940-х гг. в стране "был накоплен мощный потенциал по предотвращению преждевременных смертей", но использовался он крайне слабо - Сталинский режим резко снизил ценность человеческой жизни, и уровень эффективности здравоохранения оставлял желать лучшего[18]. Новосибирск не относился в 30-е гг. к числу городов, где смертность превышала рождаемость, но лечиться в нашем городе было проблематично. Естественная потребность человека быть здоровым реализовывалась в Новосибирске 30-х гг. кое-как.

Примечания
1. Кром М.М. Повседневность как предмет исторического исследования // История повседневности. СПб., 2003. С. 12
2. Хитарян М.Г. Из истории здравоохранения в городе Новосибирске. Материалы к лекциям. Новосибирск, 1951
3. Энциклопедия Новосибирска. Новосибирск, 2003. С. 107-114; 683-684
4. Исупов В. А. Городское население Сибири. От катастрофы к возрождению (конец 30-х - конец 50-х гг.). Новосибирск, 1991
5. ГАНО. Фр. 343. Оп. 1. Д. 72. Л. 154
6. Там же. Л. 152
7. Новосибирск. 100 лет. События. Люди. Новосибирск, 1993. С. 154
8. Энциклопедия Новосибирска… С. 683
9. Коммунальное хозяйство РСФСР к началу 1937 г. Краткий статистический справочник. М., 1938. С. 27-30
10. Бибгель Я. И. О борьбе с туберкулезом // Сов. Сибирь. 1935. 7 янв.
11. Новосибирск. Справочник по городу и району. Новосибирск, 1935. С. 364; 368
12. В детской консультации // Сов. Сибирь. 1935. 26 дек.
13. Спец по абортам // Сов Сибирь. 1930. 7 сент.
14. [Реклама] // Сов. Сибирь. 1932. 12 янв.
15. Вишневский А. С. К истории рентгеновского дела в Сибири и его современном состоянии // Сибирский клинико - профилактический журнал. 1930. № 6. С. 133
16. Гусенков П. Б., Натрадзе А. Г., Антонов И. А. Медицинская промышленность и аптечное дело // 50 лет советского здравоохранения. М., 1967. С. 175.
17. Исупов В. А. Городское население Сибири… С. 79-80.
18. Там же. С. 92-93.